В первом башкирском фильме критики признали башкир ненастоящими

Как российские киномагнаты сняли Уфу в кино

В 1915 году все уфимцы спешили посетить кинотеатр «Юлдуз», чтобы стать свидетелями исторического события - премьеры первого кинофильма, снятого в Уфе.

Короткометражка известного русского деятеля немого кино Пауля Тимана называлась «Похороны муфтия Султанова», уважаемого в Уфе деятеля ислама. В начале века имена Пауля Тимана и его делового компаньона Фридриха Рейнгардта гремели по всей России. Товарищество «Тиман и Рейнгардт», детище двух российских немцев, было настоящей киноимперией России. Как эти люди оказались в Уфе? Их к нам попросту сослали в 1915 году, царское правительство в ту пору так поступало со всеми немцами. В 1916 году товарищество «Тиман и Рейнгардт» прекратило существование. Где находятся отснятые за год компаньонами в Башкирии пленки сейчас – неизвестно.

«Съемка Уфимского моста. Сожжен белыми…»

Первые полнометражные документальные фильмы, снимавшиеся в рес-публике и Уфе, вышли на экраны уже после революции, в 1919. Это были «На пути к Уфе» и «Колчаковский фронт». Для их съемок в республике побывали две киногруппы.

«Съемка Уфимского моста. Сожжен белыми. Вид сгоревшего моста сбоку. Охрана моста. Вид на город Уфу. Паром. Мост с лодки крупней. Панорама на город Уфу и мост.»

Весьма лаконично. Так описывал съемку в своем дневнике московский монтажер Лев Кулешов.

А собственное производство кинохроники будет налажено в Уфе нескоро. Первый фильм целиком башкирского производства снял Николай Генерозов. Он назывался «Первомайские торжества в Уфе». Зрители картины могли насладиться «выпуском железнодорожниками паровоза, парадом и присягой войск, выступлениями физкультурников». Кино вышло в прокат 12 мая 1925 года.

Местные жители посчитали, что съемочная группа над ними смеется

В 1915 был снят и первый «башкирский» художественный фильм.

Как и в производстве первой уфимской документальной ленты, дело не обошлось без случая. В 1915 году известный режиссер Владимир Гардин возвращался на поезде в Москву. Ехал с киногруппой и коробками нового фильма «Приваловские миллионы», только что отснятого в Зауралье. Перспектива путешествия по башкирской земле очень волновала Гардина.

- Мысль о съемке толстовского рассказа «Много ли человеку земли нужно?» возникла у меня перед самым отъездом, когда я узнал, что поезд проходит мимо башкирских поселков. Сценарий пришлось набрасывать в вагоне, и от него нельзя было отказаться. Упустишь момент - и прозевал! – писал Гардин в дневниках.

В результате горящая жаждой творчества съемочная группа в полном составе сошла с поезда в чистой башкирской степи с твердым намерением за два дня экранизировать башкирскую притчу Толстого. Утром пятницы кинематографисты уже караулили с камерой народ у сельской мечети.

Сотрудничество местного населения с кинематографом, однако, закончилось недоразумением. Добиваясь от «неактеров» нужной мимики перед камерой, съемочная группа за кадром прыгала, кричала, корчила рожи. Словом, с точки зрения простого человека, вела себя, как сумасшедшая. То, что главную роль, башкирского старейшины, исполнял уважаемый, да еще духовного звания, человек – мулла, только усугубило дело… К концу съемок деревенские пришли к выводу, что киношники над ними издеваются, а главное – оскорбляют муллу. Всю ночь после окончания съемок они дискутировали: что делать? И под утро все это вылилось в настоящий башкирский вестерн – вполне кинематографическую погоню верхом за съемочной группой, удирающей на повозке. Через пару часов, придя к выводу, что москвичи натерпелись достаточно страху, бравые башкирские джигиты спокойно повернули обратно. А кинематографисты, не сбавляя (на всякий случай) скорости, мчались с материалами к ближайшей станции.

Фильм «Много ли человеку земли нужно?» быстро вышел на экраны и снискал признание публики. Но въедливая дореволюционная критика нашла, что башкиры в фильме недостаточно похожи на настоящих башкир. (Не было их в той повозке!) К сожалению, на кого действительно были похожи сельские жители Башкирии в объективе Владимира Гардина – мы никогда не узнаем, потому что его короткометражка считается утраченной.